Известная исследовательница древнеарййской проблематики Светлана Васильевна Жарникова давно выявила множество санскритских субстратов в топонимах и гидронимах Русского Севера. Например, здесь во множестве встречаются прямые свидетельства пребывания в далеком прошлом древних индоевропейцев— архаичные названия с корнями «инд» (наиболее известна река Индигирка) и «ганг», которые впоследствии дали имена великим рекам Юго-Восточной Азии Инду и Гангу. (В данном вопросе современные то-понимисты и этимологи не являются первооткрывателями: еще в первой трети XIX века русский историк и этнограф польского происхождения, один из основоположников отечественной топонимики Зориан Яковлевич Доленга-Ходаков-ский (1784—1825) интерпретировал названия Инда и Ганга как славянские.) В дальнейшем СВ. Жарникова (при содействии специалиста-индолога профессора Н. Р. Гусевой) провела фронтальную ревизию гидронимов четырех северных губерний России— Архангельской, Олонецкой (нынешняя Карелия), Вологодской и Новгородской. Цель— выявить санскритский субстрат в исконно русских, а также финно-угорских названиях рек, озер и ручьев в указанном регионе. Результаты говорят сами за себя.

Лабы убедиться в этом, достаточно открыть «Географический словарь Мурманской области». Ин-дварь (возвышенность), Индель (озеро, река, населенный пункт), Индера (река), Индерка (ручей), Индерские озера, Иидичйок (река), Ганга (остров), Гангас (залив, возвышенность), Гангасиха (залив), Гангос (гора, озеро)— вот лишь некоторые из топонимов и гидронимов, на которых лежит явная печать далекого индоевропейского прошлого и которые поддаются результативному анализу посредством метода археологии языка и реконструкции смысла. При этом необходимо принять во внимание, что после обособления этносов и возникновения самостоятельных языков (или же отдельных языковых групп) первоначальные значения слов могут менять свое конкретное содержание. Тем более такая трансформация присуща звуковой (фонетической) огласовке протолексем.

Хорошо известно, к примеру, что гидроним Инд сохранил данную вокализацию в основном в заимствованиях других языков. Индия же на языке хинди и в Пакистане на языке урду (очень близком к хинди) Инд уже звучит как Синд— это название закрепилось не только за священной рекой, но и за одноименной провинцией, где проживает 10-миллионный народ синдхов. Судя по всему, в древнейшую эпоху использовались обе фонетические формы, так как лексема «синд» встречается на просторах Евразии не менее часто, чем лексема «инд»: например, Синджар — в Иране, Синди — в Эстонии, Синд-зе— в Японии, ряд гидронимов на Вологодчине— озеро Синдор, реки Синдош и Синдошка; в Окском регионе — Синделей, Синдровиц и др. Вполне возможно, что именно данная протолексема привела и к появлению слова синь (в смысле синего цвета). Лексема «инд» одна из самых архаичных и устойчивых не только в топонимике северных регионов России, хотя южнее ее распространенность заметно снижается, но не полностью. Вот достаточно показательные примеры: река Индикьяха в Ямало-Ненецком автономном округе (Между прочим, в ненецком языке слово инд означает «душу чело века» и его «дыхание».

); Инда, Индик (река), Индыгойка в Кировской области (бывшей Вятской губернии), Индеево — в Псковской, Индычий— в Воронежской. Особенно показателен гидроним Индрус— река с таким названием, образованным при помощи двух древнейших арийских лексем «инд» + «рус», протекает в северо-восточной части Владимирской области (ближайший город— Вязники). Нет нужды говорить: чтобы река с таким названием появилась в самом сердце России, на Владимирщине, когда-то в гиперборейские времена здесь должен был пройти или задержаться арийский (прото) этнос, присвоивший доселе безымянной реке название Индрус. Любопытно, что в древнерусском обиходе зафиксированы индоевропейские имена с аналогичными корнями. Так, из летописных источников известно, что в 1383 году в Москву приехал литовец по имени Индрос (его правнук получил от Великого князя московского прозвище Толстого, и от него произошел весь именитый род Толстых, включая трех русских писателей).

В лексиконах и сборниках древнерусских имен и фамилий можно отыскать имя Индрис, принадлежащее уже не знатному сановнику, а простому холопу. На Русском Севере, в районе Кенозера, записана архаичная сказка о Кащее Бессмертном, главным героем которой является Инджвей-богатырь и его дочь Дружевна Инджвеевна. Мало что теперь можно сказать об их реальных исторических прообразах; скорее всего они из одного ряда с королем Земли Тульской (= Туле-Гиперборея) из беломорской былины о Потыке или с «народом тульским» из жития одного из создателей славянской азбуки Кирилла (в миру Константина). Мне также уже доводилось демонстрировать санскритские корни зловещего русского имени Кашей и увязывать его образ с арийским и доарийским теонимом Кашьяпы — одного из арийских праотцов. Слова и топонимы с корневой основой «инд» однозначно связывают с именем древнейшего ведийского божества — громовержца Индры, чей культ после определенной и неизбежной трансформации перешел в религиозный индуизм и дожил до наших дней.