Исследователей по-прежнему не перестает удивлять феномен шаманизма как такового и уникальные способности шаманов предвидеть будущее (в том числе и во сне) или путешествовать в иных мирах. Все тот же Кастрен внимательно изучал и скрупулезно описывал любые интересные случаи, связанные с лечебной и магической практикой угро-финских и самодийских шаманов. Настоящий шаман — всегда ясновидец, могущий предвидеть судьбу и предсказывать ход событий. Он способен влиять на погоду, благоприятное течение болезни и ее благополучный исход. Однако также может напустить порчу и принести много бед.

Кастрен правильно отмечал, что шаманские способности невозможно объяснить с точки зрения известных физических законов и явлений, вроде популярного в то время «животного магнетизма», однако совершенно не представлял, что дело тут вообще не в каких-то «излучениях» и «токах», а в деятельности в составе единой природной целостности. Исходя из этого, шаманизм невозможно определить как простую знахарско-оккультную практику. Шаманизм— это целостное мировоззрение, по существу архаичная предфилософия, распространенная в прошлом на всех континентах у всех первобытных (и не только первобытных!) народов.

Существует своеобразный шаманский Космос, соответствующий первобытным представлениям о строении, происхождении и предназначении Вселенной. Каждый народ вносил свои уточнения в картину мироустройства, но хранителем архаичных знаний почти всегда выступал шаман. Лаже свои камлания он организовывал и совершал в окружении предметов, символизирующих различные компоненты небесного, земного и подземного царств. Считалось, что, впадая в транс и находясь в состоянии экстаза, шаман посещает различные миры и участки Вселенной, общаясь там со сверхъестественными духами и существами.

В действительности в это время осуществлялся специфический контакт с ноосферой, энергоинформационным полем Земли и Вселенной. Увидеть эту ирреальную картину глазами образованного европейца помогают записки военного врача Русской дореволюционной армии Карла Фридриховича Росмелле-ра (1840—1924), волею судеб оказавшегося в начале XX века на российском Крайнем Севере, где его свалила с ног тяжелейшая и неизлечимая в то время болезнь— крупозное воспаление легких. Однако врач Росмеллер, самолично поставивший себе смертельный диагноз, несмотря ни на что остался жив с помощью ненецкого шамана, приобщившего заодно «бледнолицего брата» к высшим тайнам шаманского мировоззрения и представившего непосвященного чужака высшему северному божеству по имени Тонге. Это и был тот самый Белый старик, что появляется перед людьми в минуту смертельной опасности (речь о нем шла только что, правда, впечатления Росмеллера несколько отличны от вышеприведенных). Для него роковой минутой, по-другому называемой «пограничной ситуацией», оказалась сама смерть, а контакт с Белым стариком ознаменовался подлинным воскрешением (что заставило рационалистически мыслящего военного врача раз и навсегда поверить в реальность сверхъестественных сил).

Но предоставим слово ему самому: «Смерть — это отрицание права на жизнь. Это — состояние, когда все случается без тебя, кроме тебя, после тебя. И вот я умираю, и как врачу мне ясна безнадежность положения. Признаки надвигающейся кончины— и слабость, и вместе с ней — свинцовая наполненность тела, жаждущего прекращения мучений. Вот пришла слепота.